Взаимодействие России и Финляндии: кто связывает эти страны
Интеллигенция — связующее звено между Россией и Финляндией

Интеллигенция — связующее звено между Россией и Финляндией

В своем докладе на семинаре «Русская культура в финском контексте» ведущий современный историк Финляндии, профессор российских исследований Хельсинского университета Тимо Вихавайнен отмечает, что исторически взаимопонимание между Россией и Финляндией начало складываться, прежде всего, на уровне интеллигенции, являющейся связующим звеном между финской и русской культурой.

Российская интеллигенция конца XIX – начала XX века была мятежным, бунтующим элементом своего общества. Многие ее представители испытывали симпатию к Финляндии и даже поддерживали ее национальные стремления, которые нередко казались как властям, так и русским националистам симптомами сепаратизма. В период 1899–1905 и 1908–1917 годов острое национальное противостояние Финляндии и России имело яркую политическую окраску.

Интеллигенция в Финляндии

С обеих сторон в этом противоборстве участвовали образованные люди. Против Финляндии выступали государственный деятель Константин Победоносцев, военный историк Михаил Бородкин, думские политики Владимир Пуришкевич и Николай Марков. В рядах друзей Финляндии была практически вся прогрессивная российская интеллигенция, которая требовала, чтобы законные и демократические порядки были сохранены в Финляндии и практиковались в России. Например, в России император был самодержцем, а в Финляндии его считали конституционным монархом.

Особенно наглядно «за» и «против» Финляндии в российском обществе звучало в полемиках Государственной Думы в начале ХХ века. На одном из них (1910 г.) представитель леволиберальной оппозиции Николай Чхеидзе заявил: «Финляндия служит живым, неотразимым, наглядным примером, что для народа и его счастья природа, естественные условия имеют значение второстепенное, а главное – его социальное и политическое бытие, вы этого наглядного примера и боитесь». Депутат Евгений Гегечкори, поддерживая это настроение, выступил весьма вдохновенно: «Мы с высоты этой трибуны, чрез ваши головы, шлем финляндскому народу свой горячий братский привет. Пусть он знает, что русская демократия искренно признает право каждой нации на свое самоопределение, и она не только не будет нападать на права и вольности Финляндии, но, наоборот, их защищать».

Правые силы и имперские националисты хотели уничтожить автономный статус Финляндии, обвиняя финнов в том, что те якобы жили «за счет русских». Считая, что в Финляндии не было природных богатств, они резюмировали: благополучный уровень жизни в Финляндии (включающий, например, почти поголовную грамотность) – результат эксплуатации финнами русского народа.

Интеллигенция - связующее звено между Россией и Финляндией

В Финляндии политические круги ответили должным образом. Если в самом начале ХХ века старофинны еще старались сохранить отношения с русскими властями, поддерживали примирительную линию, то в текущей ситуации это считалось бесполезным.

В то же время часть русской и финской интеллигенции, деятели культуры поддерживали контакты друг с другом и сотрудничали. Радушно встречали в Финляндии Максима Горького, сотрудничал с художниками России финский живописец Аксели Галлен-Каллела. В Финляндии особенно уважали и любили творчество Льва Толстого. Его учениками считались финские писатели Арвид Ярнефельт, Илмари Кианто, политический деятель Юхан Кок. Финские русофилы обычно знали русский язык, многие из них учились или работали в России.

С другой стороны, первая волна русофобии поднялась в Финляндии в 1899 г. после «Манифеста февраля», ставшего первым серьезным шагом к нападению на автономный статус Финляндии. Генерал-губернатор Финляндии Николай Бобриков старался заставить финнов изучать русский язык, что вызвало у них ярый протест. Обучение русскому языку клеймилось как измена родине, и успехи финских школьников были весьма сомнительными, несмотря на обилие уроков.

Существующее напряжение временно спало с 1905 по 1908 год. Весной 1917 года, после Февральской революции и отречения Николая II от престола, общественные круги Финляндии праздновали эти события вместе с представителями свободной России. В среде интеллигенции взаимные симпатии приобрели особенно яркие формы, примером стал знаменитый вернисаж финских художников в Петрограде.

Но уже с осени начинается совершенно новая эпоха в русско-финских отношениях, эпоха новой разновидности русофобии (историки полагают, что ее начало стало следствием гражданской войны 1918 года). Суть сводилась к стремлению финнов обвинять русских в массовых убийствах финских граждан в гражданской войне 1918 года. Особенную активность в этом отношении проявила финская националистическая интеллигенция: Э. Э. Кайла, Элиас Симойоки и др. В то же время родной брат Э. Э. Кайла – Тойво Кайла и многие другие финны по-прежнему сохраняли интерес к русской культуре. Об этом убедительно пишет Лийса Бюклинг в новом сборнике «Два лица России», который вышел в свет на финском языке в 2004 году. Активную деятельность в 1921–1925 годах вел Финляндский университетский комитет помощи русским ученым после революции. Финская организация помощи сотрудничала с созданной Максимом Горьким комиссией КУБУ (Комитет по улучшению быта ученых) – было собрано более 300 тонн продуктов и других товаров первой необходимости, начался обмен научной литературой с Россией, велась пропаганда помощи России в других странах и пересылка ее через границу в Россию.

Интеллигенция - связующее звено между Россией и Финляндией

Финская помощь была встречена с глубокой благодарностью. Особую роль Финляндии подчеркивал Максим Горький: «Когда Россия встанет во весь рост, в первую голову она поблагодарит представителей Финляндии». И это особенно ценно, учитывая обстановку в стране, антирусские лозунги, особенно популярные среди определенной части образованных людей в Финляндии.

Так что в отношениях России и Финляндии бывало всякое. Было противостояние, но было и сотрудничество. Причем сотрудничество в сложившихся тогда условиях могла начать и реализовывать исключительно интеллигенция: она продолжала хранить традиции соприкосновения и взаимной симпатии даже в условиях ксенофобской демагогии межвоенного периода. Такова неотъемлемая историческая заслуга российской и финской интеллигенции.